Альманах "Присутствие"
 Альманах акбар!
№  4  (14)
от 22.12.2000        до  22.03.2001

 

 

 

Дмитрий Коломенский

ПРОЕЗДОМ  ИЗ  ГОРОДА N.

 

 

  • "Переметнувшись от берега к берегу..."

  • "Сквер слепяще-зеленый… А дальше..."

  • Проездом из города N.

  • "Откуда взялось это сонное царство в душе..."

  • "Перестав реагировать на..."

  • "Расход воды, пролитой в сентябре..."

  •  

    Рисунок Дмитрия Коломенского

     

    * * *

    Переметнувшись от берега к берегу,
    Мост продолжается, кажется, далее,
    Делая дело открытья Америки
    Даже реальнее, чем через форточку.
    Золушка в спешке теряет сандалии
    (Лучше бы кофточку),

    В ходе развития действия. Шутка ли -
    Пир гидрографии: реки, протоки и
    Прочее с каменными промежутками
    Тянется лет эдак на или более.
    Лишь узкоглазые где-нибудь в Токио
    Или Монголии

    Смогут понять, развести философию
    Дзен-, там, буддизма, как шарики полого.
    Здесь много проще: “Не хочете кофию?”
    “Дык! Елы-палы.” Мост узится в талии,
    Золушка спит, потерявшая голову
    (Лучше б сандалии).

    Стану бродить чуть сутулыми спинами
    Серых мостов, в вышине по-над водами,
    Столь многозначными, слишком глубинными,
    Чтоб называться рекой - по-над временем,
    Что-нибудь петь о любви меж походами
    Этаким Греминым.

    Путь поперек основного течения
    Прост, не тернист, не тенист, не… и прочее.
    Впрочем, алкающему утешения
    Он ни к чему: здесь так шумно и суетно,
    Транспорт шипит, матерятся рабочие,
    С Балтики дует, но

    Скоро привыкнув, почувствуешь кожею,
    Рожею или еще чем, что сколько ты
    Не борозди землю-матушку, схожую
    Нравом с поэтикой Лосева-Лифшица,
    Сам ты - лишь камень, с моста кем-то сколотый,
    В воду свалившийся.

    Падай, поскольку секунда падения -
    Это полет, пусть недолгий и заданный.
    Снизу мосты - просто скопище тени. Я
    Видел. Ты шла по асфальту, по небу ли:
    Были подошвы видны над фасадами.
    Или же не были.

     

     

    * * *

    Сквер слепяще-зеленый… А дальше
    Струйкой дыма, потом пеленой
    Наплывает дыхание фальши
    И ползет неотступно за мной,

    И калечит течение речи,
    И, взбивая, как пену, слова,
    Их на лист разлинованный мечет,
    Словно козыри из рукава.

    Замолкаешь и видишь, как густо
    Влажной зеленью вымазан сквер,
    Что реальность сильнее искусства,
    Метафорики, музыки сфер,

    Что на теплых томительных лапах
    По июньской спешит мостовой
    Запах хлеба и тополя запах,
    Как из детства привет даровой.

    Смотришь так, что становится вязко,
    И на ощупь - сырая листва -
    Как слоями засохшая краска
    На суровом холсте естества.

    Здесь не тонкой работали кистью,
    Здесь руками мешали раствор,
    Здесь художник намазывал листья,
    Словно масло на дышащий двор,

    И ваялась тяжелая стая
    Туч столь гипсовых, толстых, немых,
    Что любой авиатор, взлетая,
    Разбивался, как муха, о них.

    И в том скрежете крыльев о камень
    На мгновение, вспыхнув едва,
    Пробегали, как мышь под руками,
    Звуки, корни, морфемы, слова.

     

     

    Проездом из города N.

    Да. Потом мы перебрались в город. Здесь
    вдвое жизнь дороже. Меньше хочешь есть,
    больше спать. А в остальном - без изменений:
    снег зимой, и осенью гудят ветра -
    знаешь, звук такой особенный, осенний -
    слышно здорово, особенно с утра.

    Нет. Не мучился. И дальний переезд
    Не пугал. Охота к перемене мест?
    Вряд ли. Просто недостаток сантиментов,
    пресловутый местный климат, холод рук
    или вот еще - отсутствие ферментов…
    Не пытался разобраться. Недосуг.

    Да. Не сразу, но сумел войти в контакт
    с местным ритмом. В общем, научился в такт -
    не сбиваюсь. Выучился без запинок
    именам мостов, каналов, площадей,
    осенью хожу, не замочив ботинок,
    в феврале гриппую - все как у людей.

    Нет. В театре не успел. В музее был -
    мамонт, шкура волка, чучела кобыл -
    нет, не в кайф. Но дети, дети как смотрели!
    Им и кровь с конкретной примесью воды,
    и отличия Кваренги от Растрелли,
    и цветочки-корешочки, и плоды.

    Да. Хороший садик, школа, институт.
    Дети. Где и жить им, ежели не тут?
    Не у нас же, средь полыни с лебедою,
    Рядом с пыльным солнцем, на зеленом дне
    Дворика, где дым листвою молодою
    Пахнет, и где клены золотой ордою
    Стрелы палых листьев шлют вдогонку мне.

     

     

    * * *

    Откуда взялось это сонное царство в душе?
    Все окна заклеены, дверь на цепочке три дня.
    Поглубже черпнешь - не вода зазмеится в ковше,
    А душная жижа бездумно глядит на меня.

    Во всем виноват недосып, недожизнь. Не до нас
    И ангелам в небе, и демонам в глуби земной.
    Шершавый асфальт превращается в сытый палас,
    Глотающий звуки шагов, рассыпаемых мной.

    И день прозябания крови стоячей во мне
    Закончится выплеском сна, но не стоит питать
    Надежд иллюзорных: в саду этих сонных камней
    Ни тумбы - подняться над миром, ни клумбы - поспать,

    Ни белочки - выпросить крошек, ни птички - свистеть,
    Ни доброго дворника - мусор прибрать на полу.
    Великая грязь и пустая великая степь,
    И выпитый кем-то фонтан каменеет в углу.

     

     

    * * *

    Перестав реагировать на
    Внешний мир, поборов недоверье,
    Обнаружил, что нынче весна,
    Несмотря на сугробы за дверью,

    Что нам врут, будто счастье не в том,
    Что он дал бы им в качестве дара,
    Что жена есть обычный фантом,
    Пропадающий после удара.

    Поделился, но вышел скандал.
    Затаился. Оставив занятья,
    С карандашиком что-то читал,
    Между строк оставляя проклятья.

    Мучил дочку, а раньше любил.
    Впрочем, зная, что дрянь и нахалка,
    После криков “больной” и “дебил”
    Справедливо хватался за палку.

    Бил несильно - могла бы и жить,
    Но, кобыла, не стала. И Бог с ней...
    Санитары хамье, доктор жид
    Спеленали и бросили в боксе.

    Голодал, чтоб пустили домой.
    Зонд царапал нутро пищевода.
    Отзываться на кличку “больной”
    Почитал недостойным. Работа

    Продвигалась все медленней. Стал
    Привыкать. А в окне за еловым
    Строем - поле как символ листа,
    Навсегда обойденного словом.

     

     

    * * *

    Расход воды, пролитой в сентябре
    На город, на мосты, на черта в ступе,
    Увы, не лимитирован. Каре
    Двора почти на месяц впало в ступор,

    Следя за тем, как грязное пюре
    Земли становится холодным супом.
    Продрогший зверь в подмоченной норе,
    Зарывшись в плед, ищу где суше. Глупо:

    Уже вода доходит до окна,
    Уже в тяжелой зелени видна
    Тень рыбы с круглым равнодушным взглядом

    Старухи-экскурсантки. Значит, ей
    Завидный фарт пришел - на склоне дней
    Шуршать волной над бывшим Летним садом.

     

     

    Иллюстрация - Дмитрий Коломенский.