Альманах "Присутствие"
 Альманах акбар!
#  29  
от 22.12.2004        до 22.03.2005

 

 

 

Ростислав Клубков

ПРИГОТОВЬСЯ  К  КОНЧИНЕ

хроника уездного города времен гражданской войны,
в двух картинах.

 

 

РАССТРЕЛЫ

С ц е н а  п е р в а я

Вечер. Овраг за городом. Дождь. Водяные шаги в дождевом шелесте.

Явление I.

Сверху на дно оврага спускается ГАМАЛЬ.
ГАМАЛЬ: Снег. Скоро придет снег. (после молчанья) Придет бесплодный овес.
медленно садится на землю, подобрав шинель.
Скоро действительно пойдет снег. Снег занесет мертвых, которые лежат на земле. Все правильно. Сон — это право и преимущество живых.
вновь шаги. Близятся.
ГАМАЛЬ: За мной идут...

 

Явление II.

ФИЛИН спускается в овраг.
ФИЛИН : Гамаль! Гамаль!
ГАМАЛЬ оборачивается к нему.
ФИЛИН (подходит) : Я знал, где ты. Будь спокоен...
ГАМАЛЬ : Зачем ты искал меня?
ФИЛИН : Ты не подпадаешь под расстрел во все ближайшие месяцы. Петовский сказал...
ГАМАЛЬ : Что' — Петовский?
ФИЛИН : Петовский сказал, что Гамаль должен будет жить.
ГАМАЛЬ : Жить... (задумывается) Должен жить. Какая-то отвратительная предопределенность. Мертвая предопределенность. Уже умершая. (задумывается) Филин, зачем вы убиваете женщин вместе с мужчинами?
ФИЛИН : Чушь. (рассеянно) Это наши завистники врут. Они тоже расстреливают женщин вместе с мужчинами.

 

Явление III.

Медленно въезжает в овраг телега, полная мертвых. Вооруженный солдат ведет лошадь под уздцы.
СОЛДАТ : Геть!
сдергивает винтовку. Затвор клацает в полутьме.
ФИЛИН : Стой! (поднимает к лицу руку) Стой. (мягко) Ты что?
солдат медлит. ФИЛИН медленно поднимается навстречу неподвижному дулу.
ГАМАЛЬ (в сторону) : Так они медленно нагоняют меня на крестьянских телегах.
СОЛДАТ : Простите. (опускает ствол) Обознался, товарищ.
ФИЛИН : Ладно. (после молчания) Случается. (после молчания) А ты шел бы, шел бы, Гамаль.
ГАМАЛЬ встает.
ГАМАЛЬ : Что ж. Увидимся. (вдруг обнимает за плечи ФИЛИНА. Говорит тихо) Нас ведь еще вспомнят недобрым словом лет через восемьдесят.
ФИЛИН (тихо) : Нет. (высвобождается) Они будут думать, что не умрут; и не вспомнят.
ГАМАЛЬ (в ошеломлении) : А зачем же тогда... зачем вы тогда пришли? (молчит) Воруй! Воруй, Филин! И да будет тебе вороваться легко!
он уходит. Его мокрая шинель быстро теряется в тумане.

 

Явление IV.

ФИЛИН вместе с солдатом склоняются над наполнением телеги.
ФИЛИН : Золотые зубы. Кольца. Как полагается. СОЛДАТ : Будьте покойны. Все будет.

 

 

С ц е н а  в т о р а я

Туман.

Явление I.

Солдат с парнишкой, накинувшим на плечи пустой мешок, идет по дороге. Солдат прихрамывает.
СОЛДАТ : Что, разочли семью?
парнишка молчит.
СОЛДАТ : Разочли, да? Это мы можем... Это у нас легко делается.
замечает невдалеке серый омет меньше человеческого роста.
СОЛДАТ : Отдышимся.
сворачивает. Усаживается с мокрым шорохом. Парнишка рядом.
СОЛДАТ : Разочли, да. (молчит) Это ничего. Это мы быстро поправим.
горбится. Табачный огонек вспыхивает: апельсиновый, смутный, бледный.
ПАРНИШКА : Дядька Петр, а им было страшно?
ПЕТР : Это кому?
ПАРНИШКА : Твоим мертвым. Ведь они...
ПЕТР : Люди они или нет? Как думаешь?
ПАРНИШКА : Люди.
ПЕТР : То-то что люди. Да. (вздыхает) Вот и помалкивай.
они сидят, как две тени.
ПАРНИШКА : Дядька Петр, а как это делается?
ПЕТР : Молчи. Молчи, сказал.

 

Явление II.

Из тумана выходит новая тень — ГАМАЛЬ.
ГАМАЛЬ : Нет, Петр, а в самом деле — как?
Солдат привскакивает.
ГАМАЛЬ : Это я, я, Филин.
ПЕТР : А, Филин. (опускается) Не пугал бы людей.
ГАМАЛЬ : Откуда парнишка.
ПЕТР : Так. Отдам в колонию. В колонии будет человек.
ГАМАЛЬ опирается локтями о мокрое сено.
ГАМАЛЬ : Знаешь что, солдат, мне очень интересно, как именно ты их убивал. (подумав) Я хотел бы знать подробности этого.
солдат молчит.
ГАМАЛЬ : Я хотел бы знать, сколько приблизительно людей в день ты расходуешь.
ПЕТР : Сам считай!
ГАМАЛЬ : Что ж, я сочту.
выходит из за омета.
Две коротких вспышки в тумане, почти беззвучные. Сидящие тени медленно оседают и заваливаются.
ГАМАЛЬ, столь же медленно, столь же тяжело выбредает на дорогу.
Скоро пойдет снег и мертвым не придется вставать. Все правильно: мертвым нет в этом смысла.

 

Явление III.

Новая тень, ФИЛИН, неожиданно возникает перед ним. ГАМАЛЬ останавливается.
ФИЛИН : Гамаль, кто стрелял?
ГАМАЛЬ : Да я.
ФИЛИН : И чего ж ты добился?
ГАМАЛЬ : Только одного. Пойми, Филин, этот солдат убивал людей каждый день...
ФИЛИН : Рядом с ним лежит мертвый парнишка, который, скорее всего, никого еще не успел убить.
ГАМАЛЬ : А мог бы... (со смехом) Но теперь не убьет!
ФИЛИН : Но зачем?
ГАМАЛЬ (удивленно) : Зачем?
ФИЛИН : Зачем? Ведь приговорил их Петовский.
ГАМАЛЬ : Но Петовский никого из них не убил!
ФИЛИН : Не понимаю. Ведь на место этого придет новый солдат. И все.
ГАМАЛЬ : Не придет.
ФИЛИН : А я говорю — придет.
ГАМАЛЬ садится на землю.
ГАМАЛЬ : Уйди. Уйди, поторопись припрятывать свое золото.
ФИЛИН : Да. С моим золотом лучше было бы поспеть до утра.
уходит. Оборачивается.
ФИЛИН : А ты боишься. Ты боишься Петовского!
ГАМАЛЬ молчит, и ФИЛИН медленно исчезает на дороге.

 

Явление IV.

ГАМАЛЬ : Тоже мне... Да наплевал я на них!
ложится на дорогу и смотрит в небо.
ГАМАЛЬ : Господи, да подумал ли ты, что за люди будут жить после нас? Мне даже страшно себе это представить.
Он лежит, неподвижно глядя в небо и, может быть, в глубине души слушает ответную речь.

 

 

 

ТИФ

 

С ц е н а  п е р в а я

Дождь. Тифозный барак.

Явление I.

ПУСТОВОЙТ сидит у стены на мокрых поленьях.

 

Явление II.

ДРЕВЕЦКИЙ выходит: грязные руки, обвислый грязный халат.
ПУСТОВОЙТ : Садитесь.
ДРЕВЕЦКИЙ : Ничего. Как-нибудь постою.
прислоняется к стене.
ПУСТОВОЙТ : Устали?
ДРЕВЕЦКИЙ : Сильно.
ПУСТОВОЙТ : Отдохните. (после молчания) Точнее, не мешайте им умирать. Тогда сами собой придут и отдых, и успокоение.
ДРЕВЕЦКИЙ : Вы неприятный человек, Пустовойт. О чем вы думаете, когда они умирают там за стеной?
ПУСТОВОЙТ : Это никому не может быть интересным.

 

Явление III.

Лиловые санитары медленно выносят труп на деревянных носилках. Неожиданно мертвец поднимается.
Хрип. Чернеющие губы силятся сказать слово.
ПУСТОВОЙТ, не вставая, вяло толкает умершего в грудь. Уходят санитары.

 

Явление IV.

ПУСТОВОЙТ (с чувством) : Мой.
ДРЕВЕЦКИЙ : Здесь нет моих и твоих.
ПУСТОВОЙТ : Есть. У меня они умирают только своей смертью. У меня Гаранин не хозяйничает в сыпных бараках, выдергивая на расстрел выздоравливающих людей. Они знают, что лучше смерть, чем Гаранин. Они меня понимают, и я с чистой совестью не мешаю им умирать.
ДРЕВЕЦКИЙ : Оставьте Гаранина, спекулянт. Чем вы лучше? Тем, что не убиваете? Так ведь убиваете. Только с большим постоянством, с бесчувствием...
замолкает, оборвав речь, уходит.

 

Явление V.

ПУСТОВОЙТ один. Вода струями течет с волос ему на руки.
Он думает под дождем о мертвых, которые лежат на холодной, залитой дождем земле и никогда больше не встанут.

 

 

С ц е н а  в т о р а я

Явление I.

Ночь. ГАМАЛЬ.

 

Явление II.

ПУСТОВОЙТ вдруг поднимается перед ним от земли.
ПУСТОВОЙТ : Товарищ... Стойте, товарищ...
ГАМАЛЬ : Что тебе?
ПУСТОВОЙТ : Я Пустовойт, врач. Помогите мне дойти в хирургические.
ГАМАЛЬ останавливается.
ГАМАЛЬ : Вставай.
протягивает ему руку. ПУСТОВОЙТ вцепляется и повисает на руке.
ПУСТОВОЙТ : Вы — Гамаль. Я вас помню. Я говорил с вами несколько дней назад.
ГАМАЛЬ : Верно, Гамаль. Но если вы сейчас не встанете, я вас брошу.
ПУСТОВОЙТ с трудом поднимается.
ПУСТОВОЙТ : Безжалостный человек. (вдруг, с нежданной учтивостью) Не боитесь?
ГАМАЛЬ : Чего? (с презрением) Вас?
ПУСТОВОЙТ : Тифа вы не боитесь?
ГАМАЛЬ : Нет. (подумав) А что, вы действительно больны?
ПУСТОВОЙТ : Очень сильный озноб.
ГАМАЛЬ : Озноб — это еще не тиф.
ПУСТОВОЙТ : Вы не врач. Вы не понимаете в нашем деле. Когда у человека жар, а потом озноб, а потом он слышит нечеловеческие речи, а людей нет и к людям не хочет возвращаться — это тиф. Да, Гамаль, тиф. Вам дышит в лицо — сып-но-ти-фозный.
ГАМАЛЬ : Отдайте руку.
ПУСТОВОЙТ : А, уже испугались...
ГАМАЛЬ : Руку! Лишняя смерть вам не поможет.
ПУСТОВОЙТ : Почем вы знаете?
ГАМАЛЬ : Я знаю.
ПУСТОВОЙТ : Хотите сказать, что всякий вынужден умирать в одиночестве? А вам не приходило в голову что, может быть, будет к лучшему, если все вокруг умрут только сами? Гамаль, неужели вы никогда не задавали себе этот простой вопрос?
ГАМАЛЬ : Слушайте...
забирает в кулак отворот докторской шинели.
ПУСТОВОЙТ : Бить? Я свихнул ногу на этой чудовищной дороге. (смеется) Мне спирта надо. (освобождается от ГАМАЛЯ) Спирт! Один стакан — и восстановлен беспредельный свет ясности. Идемте. Мы разрубим мой пополам.
ГАМАЛЬ : Ладно. Пошли.
уходят.

 

 

С ц е н а  т р е т ь я

Хирургический барак.

 

Явление I.

ГАМАЛЬ, ПУСТОВОЙТ. На койке дремлет хирург.
ПУСТОВОЙТ : Нет.
ГАМАЛЬ : Почему нет?
ПУСТОВОЙТ : Вы серьезно хотите говорить со мной? О чем? Я даже себе не представляю этого. Люди разучились говорить. Нету смысла. Не могут. Незачем переводить чувства в слова.
ГАМАЛЬ : Ну а если попробовать?
ПУСТОВОЙТ : Увы. У вас ничего не выйдет. Прощайте.
встает.
ХИРУРГ (с койки) : Стой. Может быть, останешься?
ПУСТОВОЙТ : Не могу. (запахивает шинель) Мне пора.
ГАМАЛЬ : Куда?
ПУСТОВОЙТ : В гости к Гаранину.
ХИРУРГ : Так он и ждет тебя среди ночи.
ПУСТОВОЙТ : Ждет. Я чувствую, что он рядом.
быстро выходит.

 

Явление II.

ХИРУРГ : И так каждую ночь. Теперь до рассвета он будет неподвижно смотреть на расстрелы из темноты.
ГАМАЛЬ : Что с ним?
ХИРУРГ : Болезнь. Жизнь бессловесна, труд бессмыслен. Бедняге очень тяжело. Вот и смотрит, ходит.
ГАМАЛЬ : А ведь дико завораживает со стороны. Ночью.
ХИРУРГ : Участвовали?
ГАМАЛЬ : Да нет, не то, чтобы да...
ХИРУРГ : Не надо. Я же вижу, что похаживали. Очень опасная забава, должен сказать. Одного из гаранинских солдат сегодня вечером застрелили.
ГАМАЛЬ : Парнишку жаль.
ХИРУРГ : Бросьте! Все правильно. Иначе было просто нельзя.
ГАМАЛЬ : А что такое в наше время один мертвый солдат?
ХИРУРГ : Вот и они думают: что такое один мертвый солдат? Придет другой. Они не понимают, что это — круг. Водоворот! Карусель!! И скоро все, все, все их миллионы в нее без остатка ввертятся.
ГАМАЛЬ : Они? Интересно, да кто — они?
ХИРУРГ : Кто? (смеется) Да мы!

 

 

С ц е н а  ч е т в е р т а я

Утро. Распадается на день рассвет. Прежний тифозный барак. Прежний дождь.

 

Явление I.

Прежний ПУСТОВОЙТ сидит на мокрых поленьях.

 

Явление II.

ДРЕВЕЦКИЙ выходит глотнуть воздуха.
ПУСТОВОЙТ : Садитесь.
ДРЕВЕЦКИЙ : Пойди выпей кипяточку, лентяй.
ПУСТОВОЙТ : Не хочу.
ДРЕВЕЦКИЙ : Твое дело. Я предложил.
закуривает.
ПУСТОВОЙТ : Что ты предложил? Откупайся от меня спиртом, двурушник. Фильтруй совесть. (продолжает: взволнованно и чуть риторично) Спирт! Прозрачная жатва! Блаженство! Я буду пьян, пьян и нем, и не стану спрашивать, зачем приходил сегодня ночью Гаранин.
ДРЕВЕЦКИЙ : Все. Мне надоело ваше пьянство и дерзости. Я позабочусь, чтобы вы никогда больше не смогли явиться сюда.
ПУСТОВОЙТ вскакивает.
ДРЕВЕЦКИЙ : Молчите. Нам бессмысленно препираться.
шагает в дверной проем.
ПУСТОВОЙТ : Стой!
Схватывает полено и бьет в лицо машинально обернувшемуся напарнику.
ДРЕВЕЦКИЙ сваливается ничком. Лежащий, он похож на опрокинутую, пустую, отгоревшую лампу.
ПУСТОВОЙТ : И вроде легче...

 

Явление III.

Выказывается огромный ночной санитар. Сам расплывчатый.
Малиновое лицо светится в дверях.
САНИТАР (причавкивая между словами) : Гляди, Древецкий свалился.
ПУСТОВОЙТ : Это тиф. Тиф его убил. Сыпной тиф.
САНИТАР (избавляя речь от травоядных вкраплений. Вполне правильно) : А что ж еще?
усмехнувшись, медленно растворяется в дверной тьме.